читать полностью

Алла Холмогорова: "Суицид одного подростка может стать примером для другого" 

В обществе продолжают активно обсуждаться произошедшие один за другим случаи самоубийств школьников. О том, что заставляет детей убивать себя, и о том, как влияют на психику школьников повышенные учебные нагрузки, шестидневная система обучения и плохие оценки, в интервью РИА Новости рассказала заведующая кафедрой клинической психологии и психотерапии Московского городского психолого-педагогического университета (МГППУ), заведующая лабораторией Московского НИИ психиатрии Алла Холмогорова.

- Алла Борисовна, что все-таки толкает детей и подростков совершать самоубийства?

- Ребенок решает умереть, если не видит другого решения своих проблем. Как правило, он не находит человека, взрослого, который смог бы выслушать и поддержать его. Одна из типичных проблем - социально неблагополучные семьи. Хотя в последних случаях самоубийств школьников об этом речь не идет, тем не менее большая часть подростков, кончающих с собой, - дети из неблагополучных семей, где имеет место хроническая алкоголизация родителей, материальные трудности, отсутствие нормального контакта в семье. Нередко ощущение себя как изгоя, отсутствие жизненной перспективы, стыд перед сверстниками приводит к сведению счетов с жизнью.

Возможны и другие причины: сильная обида, желание кому-то или себе доказать способность решиться, показать свою смелость, такие вещи, как недовольство собой, своей внешностью, невозможность найти свое место в подростковой среде.

- Чем объяснить растущее количество самоубийств?

- К сожалению, у нас число социально неблагополучных семей продолжает расти, поэтому прогнозы неутешительны. Нельзя не сказать о социальном сиротстве, волна которого не спадает в России с начала 1900-х. Между прочим, наиболее высокий процент самоубийств - среди выпускников детских домов.

Если говорить о других причинах, то одна из них - все большая формализация отношений детей со взрослыми, прежде всего с родителями и учителями. Учителя очень перегружены бумажной работой, бюрократической деятельностью, заполнением журналов, и им трудно найти время на общение с учениками. Родители тоже перегружены работой и часто не знают, как найти общий язык с детьми. Во многих семьях в свободное время практикуется сидение за персональными компьютерами или телевизором вместо общения.

- Умеют ли современные дети дружить вне социальных сетей?

- Сейчас проблема детской дружбы все больше выдвигается на первый план. Наши опросы в школе показывают, что многие дети страдают от чувства изоляции и отсутствия близких доверительных отношений, которые важны в любом возрасте, но для нормального развития подростка необходимы как воздух. Между прочим, у детей из обеспеченных семей, которые, как правило, учатся в специализированных учебных заведениях типа гимназий, эта проблема выходит на первый план. Рейтинги, конкуренция между детьми, нередко подогреваемая взрослыми, ведут к подсознательному усвоению опасной для психического здоровья жизненной программы "быть первым, лучшим или никем". Последствия такой установки - тяжелые эмоциональные реакции на свои неудачи и успехи другого вплоть до нежелания жить, трудности установления дружеских отношений и дефицит взаимной поддержки. Еще один важный фактор увеличения числа суицидов - употребление алкоголя и наркотиков, приобретающее характер эпидемии в подростковой и молодежной среде, а также рост числа детей с выраженной эмоциональной дезадаптацией в виде симптомов депрессии и тревоги. Исследования показывают также рост уровня социальной тревожности среди молодежи - страха быть негативно оцененным и отвергнутым другими людьми, который тоже резко повышает вероятность суицидального поведения. Нельзя также не упомянуть интернет с многочисленными сайтами, где можно получить подробную информацию о том, как лучше уйти из жизни, и даже подыскать себе напарников.

- Может ли новость о самоубийстве одного подростка навести другого на мысль покончить с собой?

- Безусловно. Понимаете, широкое освещение в печати делает детей, которые покончили жизнь самоубийством, героями дня. Для кого-то такой поступок может стать примером решения проблем. В психологии в таком случае говорят о социальном моделировании поведения.

- Школьные психологи как-то могут повлиять на ситуацию?

- Количество психологов в школе сейчас сокращается. Но психолог - очень важная часть системы психопрофилактики. Как бы там ни было, именно тяжелое психическое состояние - главная причина суицидов и у взрослых, и у детей. В этом смысле сокращение числа психологов может стать фактором ухудшения психоэмоционального состояния детей, так как некому его систематически отслеживать и вовремя реагировать на тревожные сигналы.

- А насколько эффективна психологическая служба в школах?

- У школьных психологов зачастую плохая подготовка в области клинической психологии. Где-то был задан вопрос, почему школьный психолог не предотвратил самоубийства девочек. Но извините, если на школу один психолог, он порой не в состоянии успеть проводить систематические обследования, выявить группу риска и вызвать на консультацию родителей и ребенка при наличии у него симптомов психического неблагополучия. Если речь идет о серьезном депрессивном состоянии, а оно, по результатам наших обследований в школах, имеет место у 10-15% детей, он должен направить семью в специальную службу, где им окажут адекватную помощь. В любом случае, школьный психолог должен хорошо ориентироваться в проблемах детской депрессии, страхов, зависимого поведения. Потребность в клинических психологах осознают даже директора школ, они хотели бы иметь этих специалистов, но их очень мало. В системе ПМСЦ, где таким детям должна быть оказана специализированная помощь, также не хватает квалифицированных клинических психологов, плохо введется работа с семьей, так как доминируют количественные показатели оценки работы специалистов таких служб по числу обслуженных детей. Между тем, без работы с семьей, с родителями эффективная помощь таким детям не представляется возможной.

- Алла Борисовна, например, в школе 600 учеников. По вашему мнению, сколько в ней должно быть психологов?

- В любой школе должно быть как минимум три психолога, специализирующихся на разных возрастах. Один занимается младшими классами, другой - средними и третий - старшими. У нас чаще один психолог, и с него невозможно даже требовать какой-то индивидуальной работы с детьми.

Еще одна проблема - психологи часто используются учителями, директором как административный ресурс для воздействия на так называемых трудных учеников. Если ты себя плохо ведешь, то пойдешь к психологу. Роль психолога должна быть изменена на позитивную. Надо сделать так, чтобы обращение за помощью к психологу стало абсолютно нормальным делом - ведь проблемы есть у всех. Это задача директора, учителей и самих психологов.

- Может ли стать причиной суицида повышенная нагрузка в школе?

- Сама по себе нагрузка вряд ли, если она связана с позитивными эмоциями, интересом, отсутствием угрозы быть негативно оцененным. Но то, чем она, как правило, сопровождается - конкуренция, повышенные ожидания со стороны родителей и учителей, которые часто выливаются в нездоровое накручивание ребенка, - несомненно, влияет. Современный родитель видит залог будущего благополучия ребенка прежде всего в количестве информации, которая будет в него заложена. Школы часто отвечают на этот родительский запрос скрытым увеличением учебной нагрузки, появляется все больше классов и школ, где занятия очень интенсивны. Хорошо, когда ребенок занят, когда его время заполнено, но это должно проходить в другой обстановке, когда они не соревнуются за результат, а когда интересно. Психологи считают очень большой ошибкой, когда ребенка с детского сада лишают времени на игру, без которой невозможно нормальное психическое развитие для этого возраста. Подготовка к школе сейчас нередко превращается в чуть ли не главную задачу детского сада, но не в смысле психологической готовности, что вполне оправдано, а в смысле дрессуры и натаскивания. Многие родители "повернуты" на том, что к школе ребенок должен уже уметь и читать, и писать, поэтому, как правило, до первого класса уже водят детей на дополнительные занятия в школу.

- Получается, у детей нет детства?

- В общем, оно редуцировано. Внеклассные мероприятия, где дети могут пообщаться между собой, учителями, родителями, найти занятия по интересам, для психо-эмоционального развития и состояния детей важнее, чем время, заполненное дополнительными уроками. Только нельзя сгонять на такие мероприятия - это должен быть естественный процесс, детско-родительские клубы должны создаваться энтузиастами, а не по административному решению. Задача же администрации - всячески поддерживать эти инициативы. Хотят дети после уроков оставаться играть в баскетбол - помочь им в этом, предлагает кто-то из родителей вести шахматный кружок - создать все условия и т.д.

- Введение ЕГЭ тоже отразилось на психике школьников?

- Оно привело к предельной формализации учебного процесса. Это дрессура, прежде всего. Получилось, что сам выбор профессии у детей нередко становится не жизненным самоопределением, а жребием. Они думают: отнесу свой результат ЕГЭ в вузы, а там - где пройду. В учебном процессе должно быть место личности, активности, выбору самого ребенка.

Организация такого учебного процесса несовместима с его все большей формализацией, которая резко усилилась после введения ЕГЭ. Резко вырос уровень экзаменационного стресса и у учителей, и у учеников, при этом основная направленность усилий не на глубокие знания и выработку личного отношения к предмету, а на умение быстро ориентироваться в тестах. Такая установка создает дефицит содержательной мотивации в образовании, что ведет к экзистенциальному вакууму, отсутствию смысла, которые становятся причиной так называемых ноогенных неврозов, выражающихся в дефиците чувства ценности жизни, переживания внутренней пустоты.

- А как научить ребенка адекватно реагировать на оценки?

- Как реагируют родители и учителя на оценки, так реагирует и ребенок. Надо понять, что успех и лидерство во всем - это не главная цель в жизни, из-за них как раз и уходят человеческие отношения. Надо, чтобы ребенок научился смотреть на свои ошибки не как на катастрофу и знак своей несостоятельности, а как на точку роста, развития. Очень опасно, что сейчас хотят ввести оплату учителей в зависимости от успеваемости по их предметам - это может стать настоящей катастрофой, школа может окончательно превратится в место конкуренции и боев за первенство. Кроме того, сейчас много детей из социально неблагополучных семей, где родители не могут оказать им помощь, нередки случаи педагогической запущенности. Учителя должны оценивать успехи таких детей не по общему стандарту, а по их индивидуальной динамике, новая же система может подтолкнуть их к еще большей формализации отношений с учащимися, при этом слабые ученики будут неизбежно превращаться в аутсайдеров.

- Департамент образования Москвы рекомендовал школам придерживаться пятидневной учебной недели. По мнению чиновников, такой режим способствует общению детей с родителями. Как вам такое предложение?

- Вообще неплохо, чтобы дети проводили больше времени с родителями, но есть такая статистика, что именно во время праздников растет число самоубийств потому, что появляется свободное время, которое надо чем-то занять. Где гарантия, что родители будут заниматься детьми? Как быть с семьями, где практикуются алкоголизация и жестокое обращение с ребенком? А их, как я уже говорила, немало. Для таких детей альтернативная здоровая социальная среда - это способ выживания. Сами по себе выходные дни не решат проблемы. Время ребенка должно быть заполнено чем-то продуктивным, интересным, а не сидением в социальных сетях или за компьютерными играми.

- Уполномоченный при президенте РФ по правам ребенка Павел Астахов считает, что проблема детских суицидов должна решаться на уровне правительства. Он предложил Минздравсоцразвитию и и Минобрнауки разработать федеральную программу профилактики. Как считаете, нужна ли такая программа?

- Психологи и психиатры давно говорят об этом. Должна быть программа профилактики не только детских суицидов, но и взрослых, так как цифры смертности от суицидов в нашей стране являются угрожающими. Это архиважная программа, которая очень тесно должна быть связана с решением проблем наркомании и алкоголизма. Такие программы есть во всех развитых странах, но, к сожалению, у нас масштабные программы такого рода практически отсутствуют. Хотя времени для обсуждения этой проблемы у нас с вами остается уже мало, не могу не подчеркнуть, что для ее решения необходим системный научно-обоснованный подход. Суицидология - это наука, и во всем мире ведутся интенсивные исследования в этой области. Первая суицидологическая служба в нашей стране была создана еще в советское время усилиями психиатра, сотрудника Московского НИИ психиатрии имени Амбрумовой, но с тех пор развитию и укреплению этой службы уделялось очень мало внимания. Приведу только один пример: система реабилитации в медицинских учреждениях нашей страны практически отсутствует. В отделениях токсикологии детских больниц, куда попадают юные самоубийцы после попыток отравления, отсутствуют отделения реабилитации - детей просто выписывают после мероприятий по детоксикации. Нет кризисных отделений для детей, находящихся в тяжелом психическом состоянии.

- В завершение дайте пару советов родителям.

- Если вы слышите от своего ребенка, что в его классе кто-то из детей подвергается травле со стороны одноклассников - немедленно вмешайтесь. Пусть вас беспокоят не только успеваемость вашего ребенка, но и отношения в его классе. Если в классе есть ребенок из неблагополучной семьи, не говорите своему ребенку, чтобы он не общался с ним. Для многих детей, родители которых пьют, спасательным кругом является возможность приходить в дом к друзьям, где отношения в семье нормальны, а ему рады и готовы оказать поддержку. В общем, не будьте равнодушными и помните: если вы помогаете другими детям, озабочены их судьбой, то больше вероятность, что в критической ситуации, когда вас не будет рядом, кто-то поможет и вашему ребенку.

РИА Новости  

13-02-2012

Leave a Reply